Мы и другие

Оценивает нас, кто нас не знает,
А тот, кто знает, тот переоценивает…

Когда не хочется, не жадничай… отдай другому.

Никто не обязан меняться ради тебя, но ты имеешь право быть таким, какой ты есть!

Нормально я отношусь к молодежи. Только немного обидно, что кто-то другой теперь делает мои глупости и мечтает мои мечты.

Мы думаем, что счастливы другие,
Другие думают, что счастливы (о нас)!

Не возжелайте себе всё… Другим не хватит.

Не делай то, что за тебя другие могут сделать.

Никто из русских актеров не сделал карьеру в Голливуде. Дело не в профессионализме вовсе. Мы им абсолютно чужие, и они — нам. Есть протестанты, католики, есть разные вариации их, есть поляки-славяне, греки-православные — и всё это Европа. А Россия — она отдельно. И прежде всего, для этой Европы, Америки она скучна. В этой скуке может, конечно, возникнуть что-то, вызывающее интерес, но этот интерес того же плана, что и по отношению, например, к ненавистному сейчас ими Ирану. Африканец ближе Голливуду, чем мы. То, что африканец знает о мире — он знает из англо-язычного или франко-язычного кино, книг. Мы же пишем какими-то непонятными буквами, у нас вообще свой большой отдельный мир. Потом африканский актер до определенного момента мирового признания — если ему случится, — он будет знать свое место; все иностранцы в Голливуде — это люди, давшие себя перемолоть. А мы своё место не хотим знать, потому что почитаем себя равными — и имеем все основания.

Поняв себя, за понимание других возможно браться.